Бесплатная библиотека цифровых книг. Версия для PDA.

Перейти на полную версию сайта.

ГЛАВНАЯ | ДЕТЕКТИВЫ | ФАНТАСТИКА | ФЭНТЕЗИ | РЕЛИГИЯ | ПОЭЗИЯ | ЖЕНСКИЕ РОМАНЫ | ПОЗНАВАТЕЛЬНОЕ | НЕОПОЗНАННОЕ | ПРОЗА | ПРИКЛЮЧЕНИЯ | ЛЮБОВНАЯ ПРОЗА | РУССКАЯ КЛАССИКА | ДРАМА | ЖЕНСКИЕ РОМАНЫ | ВАМПИРСКИЕ САГИ |
Меню пользователя
Молвищев Харитон
Биография


Жанр: Юмористическая проза
Авторский комментарий "Я - масса Павел" представляет из себя мешанину каких-то бредовых фантазий, посещавших меня в то время. Не последнюю роль сыграло моё тогдашнее полноценное знакомство с творчеством группы "Pink Floyd". Снисходительное восприятие сейчас данного произведения как собственных потуг на оригинальность вынуждает сознаться, что, пожалуй, сентенция про "разбесконеченно-обесконеченные бесконечные бесконечности бесконечного" - единственное, что хоть как-то ныне привлекает моё внимание.
Авторский комментарий "Красная тетрадь" есть ни что иное, как сохранившаяся до сего дня тетрадь в клеточку, красного цвета, давшая назвнание сборнику, в которую я писал тогда своим корявым почерком миниатюрные рассказы. Незначительную часть творений из этого сборника можно прочесть ниже. Что же касается остальных произведений, то я не вижу никакого смысла их публиковать, понимая сейчас, что это полная галиматья.
Авторский комментарий Незамысловатое название сборника сродни "Красной тетради". Я дал его, руководствуясь теми же соображениями. Перфорированная бумага, на которой я писал свои рассказы и вирши, на другой своей стороне несла распечатки программного кода, отчасти составленного и отпечатанного мной лично. В то время персональные компьютеры были в нашей стране отнюдь не персональными, а лазерных принтеров не было и в помине. В вычислительных центрах мозг машины был спрятан от посторонних глаз за стеклянными дверями в массивных металлических стойках с кнопками и мигающими лампочками. Доступ туда имели системные операторы и системные программисты. Рядовые пользователи сидели в кабинетах, оборудованных только терминалами и клавиатурами. Хищный и мистический зеленоватый свет монохромных лучевых трубок этих мониторов производил на меня неизгладимое впечатление. Громоздкий матричный принтер, перфорированная бумага (с круглыми дырочками по краям), заправленная в него - вот каков был нехитрый инструмент печати, трещащий за спиной. Все вместе это именовалось вычислительным комплексом. "БЭСМ-6", "СМ-4", серия вычислительных машин "ЕС" - эти исполины, за редким исключением, все уже разобраны на драгметаллы и металлолом... Большинство рассказов выброшено мной из электронных версий за ненадобностью, оставлены все стихотворения, в том числе пара пафосных. По собственным цензурным соображениям я полностью изменил вычурное название последнего рассказа, взяв в качестве оного выкрик одного из персонажей повествования. Возможные стилистические и орфографические ошибки я не исправлял – было лень.
Авторский комментарий Пожалуй, "Сказки бабушки Лукерьи" подверглись самой беспощадной цензуре с моей стороны (если не считать сборника рассказов "Я – Бог, бесконечностью политый", который был написан в девяносто втором году и по сугубо личным соображениям вообще не будет опубликован, даже фрагментарно). По сути, в избранное целиком попал один-единственный рассказ. Остальные либо не попали вообще, либо представляют собой в конечной редакции набор каких-то выхваченных из канвы рассуждений или сюжетных линий, которые до определённой степени самоценны. Название сборника абсолютно оторвано от его содержимого. Там нет сказок как таковых, да и бабушку Лукерью я не видел даже в самых страшных своих снах. Всё, что попало "под нож", несёт на себе слишком суровый отпечаток моего душевного состояния на тот момент и не может быть предъявлено широкой публике. Единственный нетронутый рассказ - это маленькое, трогательное и трагическое повествование про послевоенную судьбу солдатских ног. Он был посвящён военным действиям в непризнанной Республике Ичкерия. И если на сайте molvi.net с моей подачи говорится о том, что наибольший эмоциональный эффект от прочтения предложенных рассказов в электронном виде достигается в ночное время суток при полном отсутствии внешнего освещения, то в данном случае я хотел бы посоветовать прочитать рассказ с экрана портативного устройства в перерывах между ночными боями где-нибудь на передовой, если судьба забросила вас в такие обстоятельства. Комментариев по ходу текста нет, хотя, по здравому размышлению, они не были бы кое-где лишними. В конце-концов, любопытствующие без труда найдут необходимую информацию в той же всемирной сети.
Авторский комментарий. Я писал эту повесть в девяностом году XX века, не преследуя никаких целей, кроме как порадовать творческим процессом и результатом самого себя. Писал от и до «из головы», не вносил никаких корректировок и правок ни в момент написания, ни после, строчил то, что хотел и считал нужным (впрочем, так я действую и поныне). Это был мой самый первый литературный опыт. По прошествии семнадцати лет я только лишь подретушировал кое-какие орфографические и стилистические ляпы, а некоторые намеренно оставил. Часть электронных версий содержат рисунки, которые я нарисовал вскоре после создания повести. Появились и комментарии по ходу текста (они взяты в прямоугольные скобки), предназначенные больше для молодых задристков, которым вдруг попадётся сей труд, дабы были понятны некоторые знакомые и очевидные в те годы вещи. Я писал то, что хотел, живя в то крайне политизированное время, о котором вспоминают и с ностальгией, и с раздражением. Тогда ещё не было того города Твери, который мы видим сейчас, а был ещё город Калинин. Не было железных дверей с кодовыми замками на подъездах — это были просто деревянные двери, и разбитые стёкла в них порой заколачивали фанерой. И бабушек на лавочках у дверей этих самых подъездов было не в пример больше, чем нынче. В магазинах продавали молоко и кефир в стеклянных бутылках, сложенных в свёрнутые из толстых металлических прутьев сетки. Был дефицит многого, и были очереди, была продажа по паспорту и по талонам. Не было никаких коммерческих банков и никакой иностранной валюты, не было даже ещё ларьков с водкой и сигаретами. Не было такого дикого количества машин на дорогах, а владельцев иномарок знали в лицо и по имени во всех соседних дворах. Зато зимой были самые настоящие сугробы и морозы, а летом были самые настоящие и ливни, и жара…



Rambler's Top100 Яндекс цитирования